Польская литература XX века стоит на трех китах: Гомбрович, Мрожек и Лем. Первый русскому читателю почти не известен, за вторым закрепилась репутация `славянского Беккета`, последний проходит в литературной `табели о рангах` под непрестижным титулом `фантаст`. Между тем, именно роман Станислава Лема вдохновил другого `фантаста` - Андрея Тарковского на, возможно, самую знаменитую картину. Именно Лем первым поставил вопрос о нравственности науки, и было это за тридцать лет до того, как заблеяла овечка Долли. Фантастики в книгах Лема не больше, чем у Кортасара или Маркеса. В России к его книгам не нужен комментарий, мы и так смеемся и плачем в нужных местах.

2000 год